***
Читаю ль русского поэта,
Ашуга ль слушаю, меня
И радует и мучит где-то,
Что я обоим им родня.

Как привилегия с рожденья,
Как бы особые права:
И не был ни в одном сраженье,
А награждений сразу два.

Я помню правило крутое,
Оно судьей сидит во мне:
Кому судьбой дается вдвое,
С того и спросится вдвойне.

Готовясь к севу или жатве,
В себе уничтожаю тлю,
И жизнь одну упрямо на две
То ль умножаю, то ль делю.

Мой Азербайджан

Прости! И спокойный и бурный
В безмолвии я пребывал,
Но требую ныне трибуны -
Читатели - мой трибунал.

Люблю я тебя беззаветно,
И добрым, и строгим - любым.
Кто лжет, что любовь безответна?
Не верю, что я нелюбим.

Трудился всегда неустанно
И снова хватало мне сил.
Я сам проходил безымянно,
Но имя твое проносил.

***
Поэт ли, переводчик,
Искусство ль, ремесло?
Да я же перевозчик,
Перо - мое весло.

Придись ты мне по нраву -
Без денег, без даров
На славу переправу
Устрою - будь здоров.

Живи себе. Но если
Кого-то не взлюблю,
На самом мелком месте
Возьму и утоплю.

***
Я вышел к берегу морскому,
Опередив начало дня.
Прибрежный камень по-людскому
Вдруг поприветствовал меня.

Я б поменялся с ним местами,
Я б не отдал его волне,
Я поделился б с ним мечтами,
Но я не знал, что делать мне?

Иль словом миг увековечить,
Иль вдруг навеки онеметь,
Иль камень тот очеловечить,
Иль самому окаменеть?

Жизнь

1
Жить, дышать табачным дымом,
Свежим ветром дорожить.
Нелюдимым, нелюбимым,
Неизвестным - только жить!

2
Жизнь. Она дается нам однажды.
Дважды не проходят этот путь,
Где томится каждый вечной жаждой
Пережить себя хоть в чем-нибудь.

3
Жизнь и смерть.
Меж ними ветер
И шершавая шуга.
Трудно жить,
А после смерти
До бессмертья -
Два шага.

Одиночество

В одиночестве море грустней,
В одиночестве горе грузней.

Я устал, я один, но силен -
Я, как город, людьми населен.

Захочу, разбужу, подниму.
Нет, разумней побыть одному.

Крепнет горе и гложет лютей,
Но тревожить негоже людей.

Надо с ними веселье делить,
А не горькое зелье делить.

А с тоскою до самых седин
Надо биться один на один.

Посижу. Помолчу. Покурю.
Я тоску, как страну покорю.

Компас

Одни твердят: послушай,
Чего ты ищешь бурь?
Ходи себе по суше
И не пытай судьбу.

Другие брови хмурят:
Ты что-то очень тих,
Мы поднимаем бури,
А ты обходишь их.

И ясно, и туманно,
И порознь, и подряд
Мне, сыну капитана,
Такое говорят.

Отцовская порода
Берет свои права,
Серьезная погода
Не терпит баловства.

И трусость, и бравада
На море не в чести,
Меня учить не надо,
Куда и как грести!

Недаром дальний предок
Мне компас подарил,
Что никого не предал
В отсутствии светил.

Подсказываает строго
Стальное остриё:
Пряма твоя дорога
Не покидай ее.

Искать не буду с дуру,
Покинув верный путь,
Но если встречу бурю,
То встречу грудь-о-грудь.

Нестись за бурей гордо -
Приелся этот стиль.
Спасибо, сыт по горло,
По мне хорош и штиль.

Бывало, как начнется
Такая благодать,
И компас покачнется,
Пойдет его шатать.

Но веря в компас шаткий,
Я сдерживал штурвал,
Когда норд-ост не шапки,
А головы срывал.

По-моему, подсудно
На бурю курс держать,
По-моему паскудно
От бури вспять бежать.
По-моему, под судно
Кидаться - просто дурь.
По-моему, подспудно
Никто не хочет бурь.

***
Хорошо на рассвете
У морских берегов -
Ни бессмертья, ни смерти,
Ни друзей, ни врагов.

Яхта легкую рею
Окунает в зарю.
Может быть я мудрею,
Может, просто мудрю.

***
Ничего мне не надо,
Ничего мне не надо,
Кроме тихого сада,
Где густая прохлада.

Роза - роскошь, причуда
Разомлевшего люда.
Мне же дайте левкое,
Но оставьте в покое.

Я с собою в чащобы
Не понес ничего бы.
Только сердце и память
Разве переупрямить!

Бьют, как в колокол, будят,
Я встаю - будь что будет!
Загорюсь - не остудят,
Ошибусь - так осудят.

Тяжек груз наш желеэный,
Грозен путь наш отвесный -
Не дойдет до вершины
Тот, кто дрогнет над бездной.

Ни хваленого рая,
Ни зеленого сада -
Ничего мне не надо,
Ничего мне не надо.

***
Ни Корана, ни иконы.
Я, отступник и смутьян,
Перепутал все законы
Мусульман и христиан.

Непутевостью отмечен,
Я дошел до тридцати.
От своих противоречий
Не могу никак уйти.

Я бываю грубияном -
Грубиянов не терплю,
Быть и мне случалось пьяным,
Только пьяных не люблю.

Грусть вплетается в веселье,
Гром таится в тишине,
Трудолюбье и безделье
Уживаются во мне.

Я, избавившись от лени,
Захотел осилить путь
С примененьем отступлений
Не лирических ничуть.

Не предчувствуя итога,
Шел, нигде не временя,
Смял дорогу, а дорога
Исковеркала меня.

Так что нечем мне гордиться,
Рассуждая без прикрас,
Меж добром и злом границу
Нарушал я - и не раз.

Но деревьев придорожных
На поленья не рубил,
Но джейранов осторожных
На полянах не губил.

Надпись на сборнике "Ларец жемчужин"

Меня не славили ашуги -
Я их прославил и умолк.
Здесь - не забавы на досуге,
А труд мой и гражданский долг.

Я исполнял мой долг гражданский
И, прирастив перо к руке,
Дух передал азербайджанский
На чисто русском языке.

Я не считал ночей рабочих
И не считал своих седин,
Я был не просто переводчик,
А был поэт и гражданин.

При жизни я не взыскан лаской,
Не позабудьте хороня,
Что панихидою гражданской
Почтить положено меня.